Кевин Окоин: как один визажист изменил мир макияжа и стал легендой

В мире beauty-индустрии есть имена, которые звучат как синоним мастерства и новаторства. Имя Кевина Окоина – одно из таких. Даже спустя годы после его ухода, он остается ориентиром для визажистов по всему миру. Его называют первым “звездным” визажистом, и это не просто красивый титул. Это признание того, как его уникальный подход к макияжу перевернул представления о красоте и сделал его настоящей иконой.

Сегодня, когда американский Vogue ищет “нового Кевина Окоина”, это говорит о многом. Он установил золотой стандарт в профессии, став мерилом таланта и статуса для каждого подающего надежды визажиста.

В 90-е годы Кевин Окоин буквально заново изобрел контуринг, заложив основы тех техник, которые позднее помогли Ким Кардашьян покорить мир. Он же задал тренд на естественный макияж и тончайшие, как лезвие бритвы, брови. Его работы для глянцевых журналов и красных дорожек идеально отражали дух времени – нюдовые помады, выразительные скулы. Сам Кевин стал первой настоящей звездой в своей профессии, превратив роль визажиста с второстепенной на одну из ключевых на съемочной площадке.

Неудивительно, что его клиентами были такие звезды, как Кейт Мосс, Наоми Кэмпбелл, Шер и Гвинет Пэлтроу. Дело было не только в его умении дружить, но и в том, как он преображал их лица. Естественно, такие таланты хотели держать поближе.

Путь Кевина к вершине был непростым. Выросший на консервативном американском Юге, в маленьком городке Лафейетт, штат Луизиана, он с юности отличался от сверстников. Пока другие слушали рок, Кевин украшал свою комнату плакатами Барбары Стрейзанд и тайком экспериментировал с косметикой на своей младшей сестре.

В 15 лет, после неприятного инцидента в школе, он бросил учебу и начал работать визажистом в местном магазине косметики. Позже певица Шер вспоминала, как их появление в магазине Make Up For Ever было сравнимо с выходом Брэда Питта, а визажистки восхищались Кевином как источником вдохновения.

Однако в родном Лафейетте юному Кевину было сложно найти клиентов. Переломным моментом стала стычка с охранниками универмага в 1983 году, когда он с друзьями отправился за новой косметикой. Опасаясь за свою жизнь, Кевин, которому едва исполнилось 20, принял решение переехать в Нью-Йорк.

Первые годы в большом городе были непростыми: дешевая квартира без отопления, бесплатные тестовые макияжи для создания портфолио. Свои работы он снимал на поляроид и собрал в тетрадь, с которой однажды отправился в офис издательства Condé Nast.

Несмотря на отсутствие договоренности, ему удалось показать свою тетрадь ассистентке бьюти-отдела Vogue Линде Уэллс. Она была поражена его страстью и одержимостью макияжем. Этот визит положил начало его карьере, приведя к первой работе со Стивеном Мейзелом для Vogue. За последующие три года Кевин оформил 18 обложек для этого культового издания, включая дебютную обложку Синди Кроуфорд в 1986 году.

В 1983 году компания Revlon пригласила 21-летнего визажиста разработать коллекцию косметики для бренда Ultima II. Результатом стала линейка The Nakeds, представленная в 1984 году, включающая тональные основы для разных оттенков кожи, а также помады и румяна нейтральных цветов.

Кевин Окоин всегда шел против течения, и его тренды мгновенно становились популярными. В 90-е годы он решил, что мир устал от массивных бровей, и сделал их тонкими.

Кевин Окоин оставил неизгладимый след в мире макияжа, особенно в технике контуринга. Он первым начал использовать перламутровые и золотистые оттенки для придания лицу выразительности, добиваясь гармоничного сочетания с естественным тоном кожи. Его новаторский подход получил широкое признание, что нашло отражение в выходе его книг “Making Faces”, “The Art of Makeup” и “Face Forward”.

В этих изданиях Кевин демонстрировал, как с помощью макияжа он преображал известных женщин, воплощая их в образы легендарных актрис и певиц прошлых эпох. Так, Кристина Риччи представала в образе Эдит Пиаф, Деми Мур – Клары Боу, а Сьюзен Сарандон – Бетт Дэвис. Последнее перевоплощение оказалось особенно символичным, ведь в 2017 году Сарандон сыграла роль самой Бетт Дэвис в сериале “Вражда”.

В то время, когда индустрия красоты в 1990-х годах придерживалась строгих стандартов, ориентируясь на определенный типаж внешности, Кевин активно продвигал идею инклюзивности. Он работал с такими яркими личностями, как Лайза Миннелли, Шер, Марта Стюарт и его муза Барбара Стрейзанд, чья внешность отличалась от общепринятых канонов модельной красоты. Марта Стюарт вспоминает: “Он понимал, что наши особенности, будь то шрам или неровный нос, делают нас уникальными и прекрасными”.

Кевин Окоин сумел кардинально изменить восприятие роли визажиста. Его вклад в создание образа на съемочной площадке стал столь же значимым, как и работа фотографа или модели. Он превратился в настоящую звезду индустрии. Перед началом сезонов престижных мероприятий, таких как вручение премий, его график был расписан на недели вперед, а сам Кевин нередко сопровождал своих звездных клиенток на красных дорожках.

Его приглашали для создания образов Уитни Хьюстон в клипе “Where Do Broken Hearts Go” и Джанет Джексон во время ее мирового турне в поддержку альбома “The Velvet Rope”. Бренды косметики стремились заполучить Кевина в качестве креативного директора для разработки своих коллекций. Однако в 2001 году он принял решение не работать на другие компании, основав собственный бренд Kevyn Aucoin Beauty, который стал воплощением его философии разнообразия и индивидуальности.

Кевин ушел из жизни 7 мая 2002 года, вскоре после запуска своей марки. В последние годы он страдал от хронических болей, вызванных аденомой гипофиза, и зависимости от обезболивающих препаратов.

Его наследие продолжает вдохновлять и сегодня. Исамайя Френч, глобальный beauty-директор Burberry Beauty, черпает вдохновение в работах Окоина с самого детства. Марио Дедиванович, визажист Ким Кардашьян, признавался, что Кевин оказал огромное влияние на его карьеру. Собранные самим Кевином в семь объемных тетрадей снимки его работ и моментов из жизни стали основой для документального фильма о нем и персональной выставки в Музее макияжа. Эти материалы не только документируют его творческий путь, но и служат свидетельством его неустанного стремления к красоте во всех ее проявлениях, к раскрытию уникальности каждого человека через искусство макияжа. Его подход к контурингу, основанный на игре света и тени с использованием деликатных, переливающихся оттенков, до сих пор является краеугольным камнем в арсенале многих визажистов, стремящихся подчеркнуть природные черты лица, а не перекроить их. Кевин Окоин показал, что макияж – это не маска, а инструмент самовыражения, способный преобразить, но при этом сохранить и усилить индивидуальность. Его вклад в индустрию красоты выходит за рамки техник и трендов; он заложил фундамент для более открытого, принимающего и инклюзивного мира макияжа, где каждый может найти свое отражение и почувствовать себя неотразимым.

Текст: Александр Арунов